Создание российской историографической модели политико-правовых знаний и ее применение для разработки перспективных средств противодействия идеологическим искажениям цивилизационного развития России

В контексте традиционной для русской ментальности идеи правды проведен сравнительный анализ политико-правовых взглядов русских мыслителей и интеллектуалов Великого княжества Московского и Московского царства в период с возвышения Москвы и окончательного оформления централизованного государства в конце XV в. до восшествия на престол Петра I и превращения России в империю: рассмотрены, с одной стороны, взгляды, присущие самой власти и тем мыслителям, на которых она опиралась, и, с другой стороны, оппонирующие взгляды, выражаемые либо противниками власти, либо теми, кто обращался к ней с определенными политическими советами. Показано, что официальная точка зрения оправдывала абсолютную единоличную власть и построение Православного Царства, т.е. строгую регламентацию всех сфер жизни человека на основе религиозного идеала, отстаивая традиционные ценности самодержавия, православия, коллективизма; оппонирующие точки зрения настаивали на ограничении власти монарха благом подданных, справедливостью и законом, соблюдении царем христианских добродетелей, допустимости свержения неправедных царей, отказе от религиозного миссионизма и регламентации внешних проявлений религиозности подданных, обращении к идеалу светской справедливости, терпимости к инакомыслящим. Продемонстрирована сложность и неоднозначность русской традиции политической философии и необходимость ее защиты от идеологических искажений и фальсификаций.

Исследована рецепция неокантианской философии права в дореволюционной России, отмечено, что в начале ХХ в. российская юриспруденция испытала влияние идей Р. Штаммлера, что привело к «возрождению» концепции естественного права, в то время как на Западе это произошло позже, после Второй мировой войны, и было связано с влиянием учения другого неокантианского мыслителя - Г. Радбруха; сделан вывод, что ряд ключевых положений неокантианской философии права применительно к проблеме правового идеала сохраняют свою убедительность и в наше время - это идея разграничения сущего и должного, понимание правового идеала как регулятивной идеи, т.е. как формального принципа, с помощью которого оцениваются отдельные правовые нормы, некоторые леволиберальные идеи; таким образом, русское неокантианство может рассматриваться как самостоятельная веха в истории политико-правовой мысли.

Показано, что, несмотря на позиционирование России в публичном дискурсе на протяжении последнего десятилетия как государства-цивилизации и закрепление этой характеристики в нормативно-правовых документах, сама научность понятия «цивилизация» может быть поставлена под сомнение ввиду отсутствия его общепринятого определения, а возрождение устаревшего цивилизационного подхода на постсоветском пространстве изначально было вызвано сугубо политическими причинами. Сделан вывод, что, хотя такое позиционирование России в принципе допустимо, важно не рассматривать его как научную истину и не навязывать под предлогом защиты «исторической правды».

Показано, что русская философия права (к большей части которой применимо определение «религиозная») не может служить ни теоретическим обоснованием политики по сохранению и укреплению традиционных ценностей, поскольку превалирующий в ней консерватизм явно не соотносится с либеральным «ядром» (первой и второй главами) Конституции РФ, ни источником содержания конкретных традиционных ценностей в области правового идеала, поскольку отстаивавшиеся отечественными мыслителями конструкции не были ориентированы на интересы многонациональной и многоконфессиональной гражданской нации, а потому не соответствуют установкам нынешней российской власти. Сделан вывод, что традиция, на которую следует опереться российскому народу (многонациональному и не вполне религиозному) для укрепления гражданского единства, должна «изобретаться» заново в рамках широких общественных дискуссий.

Доказано, что для укрепления гражданского единства и общероссийской гражданской идентичности вовсе не обязательно защищать именно традиционные ценности, поскольку они должны быть обращены в будущее, а не в прошлое, а образуемая ими идеология не должна быть дискредитирована историческим прошлым России, поэтому переосмыслению подлежит не только либерализм 1990-х гг. и коммунизм советского периода, но и консерватизм царской России. Высказано мнение, что Россия может перенять западный опыт переосмысления либерализма, приведший к росту популярности республиканизма, который, не отрицая тезис о самоопределении личности, подразумевает, что общие ценности должны вырабатываться в рамках широких дискуссий в условиях свободы слова и мнений, а не путём постулирования властью традиций, монополизации исторической правды и принятия запретительных норм (Шавеко Н.А.).